Начало — всегда сейчас, в этом моменте. Эти слова я нацарапал в своём старинном, настоящем бумажном блокноте, наблюдая, как крупные капли дождя стекают по окну лесного охотничьего приюта — места, которое я нашёл в последний момент, спасаясь от внезапной бури, которые всё ещё часто случаются на Старой Планете.

Здесь и сейчас ток жизни соединяет меня, мою маленькую, эмпирическую жизнь, с огромным миром, который счастливейшим образом оказывается благосклонным и  открытым мне именно в эти минуты, и тогда я  вспоминаю себя частью чего-то неизмеримо большего, включающего и меня во всех моих версиях, и всех, кого я люблю, и все, что происходит или происходило в мире— где угодно, с кем угодно, когда угодно — чтобы в открытости этого мгновения могла родиться всё Здесь и сейчас ток жизни соединяет меня, мою маленькую, эмпирическую жизнь, с огромным миром, который счастливейшим образом оказывается благосклонным и  открытым мне именно в эти минуты, и тогда я  вспоминаю себя частью чего-то неизмеримо большего, включающего и меня во всех моих версиях, и всех, кого я люблю, и все, что происходит или происходило в мире— где угодно, с кем угодно, когда угодно, — чтобы в открытости этого мгновения могла родиться единая, всё объединяющая история.

Убежище, где я пишу, — не просто укрытие. Это тщательно воссозданная копия охотничьих будок, которые стояли в этих лесах пять веков назад, в эпоху поздних чабжей. Недавно построенное, но глубоко укоренённое в прошлом, оно зовёт задуматься о том, что значит принадлежать месту, времени и истории, несравненно большей, чем ты сам.

Мне выпала редкая привилегия наблюдать Пурпурный Лес — выдающийся проект, начатый на Старой Планете 120 лет назад Союзом Трёх Рас. Их цели были амбициозны: воссоздать древние среды обитания и вновь ввести в эти ландшафты допостбиологического, генетически подлинного человека.

Вторая часть проекта впоследствии была отменена по причинам, в которые я пока не хотел бы вдаваться.

И всё же сегодня лес остаётся домом для множества реликтовых растений, ведущих свою линию ещё до эпохи ЧБЖ, к тем временам, когда Первообитатели — известные ЧБЖ как Духи — были здесь единственными обитателями.

Недавно я облек своё скромное знание недавней истории в музыку — в песню в стиле поздних чабжей, намекающую на большую картину истории нашей вселенной, известной также как Тетрактис.